- Интересно, какие купальники носят в этом сезоне дамы?

- Не удивлюсь, если они и вовсе загорают нагишом!

- До чего обидно, ребята, что меня с вами не будет! - воскликнул Мерривитер. - Сами понимаете - жена. Как приземлимся, сразу начнутся супружеские объятья, поцелуи и все такое. - Он уставился в пустоту, его голос упал до шепота. - Я целых полтора года не видел свою женушку. Как-то она там без меня?

- Скоро я увижу дом, жену... - С лица Стоуна не сходила улыбка. - Скажу - не поверите, сколько лег я уже женат.

- А сколько ты уже женат?

- Иногда кажется, будто целую вечность. - Стоун мысленно перенесся к Рату и Джин, в горле сразу возник комок. - Они, наверное, выросли за это время, сразу и не узнаешь.

- Кто вырос, капитан?

- Мои дети.

Астронавты переглянулись. В глазах каждого читалось нетерпение.

- Когда же, наконец? - прошептал Векши.

- Через час, - ответил Стоун. - Еще час, и мы дома!

Тормозные дюзы пронзительно взвыли. Корабль подпрыгнул, завалился на бок, пропахал по земле добрую сотню футов и, наконец, зарывшись носом в холм, замер.

В наступившей тишине гулко капала вода.

Первым, держась за спинку пилотского кресла, на ноги поднялся Пархурст.

- Приехали, - сообщил он, вытирая ладонью кровь с левой щеки.

Бартон застонал, пошевелился и, опираясь о руку Пархурста, встал на колени.

- Спасибо. Мы...

- Мы приземлились. Мы дома.

В рубке был полный кавардак - в измятом, покореженном корпусе зияли три широченные трещины, внутренняя мягкая обшивка местами отвалилась и теперь свисала лохматыми клочьями, повсюду валялись обрывки бумаг и куски искалеченной аппаратуры.

Один за другим, пошатываясь, поднялись Векши и Стоун.